Что звалась прежде именем гордым Советской страны…

Кто назвал августовские события 1991 года путчем, что защищали у Белого дома, как в Москву вводили танки и как проходили события в Курске и за его пределами с 18 по 23 августа 1991 года – в рассказах очевидцев за «круглым столом», который в режиме онлайн состоялся в обкоме КПРФ 19 августа под председательством 1-го секретаря Курского ОК КПРФ, депутата Государственной Думы ФС РФ Н.Н. Иванова. В нем приняли участие: бывший первый секретарь Курского обкома КПСС А.И. Селезнёв, бывший заведующий орготделом обкома КПСС Ю.П. Валинеев, бывший редактор «Курской правды» В.И. Мусияченко.
Заседание «круглого стола» открыл Н.Н. Иванов.

30 лет назад, в августе 1991 года, Михаил Горбачёв, избранный за полтора года до этого президентом СССР и уверявший граждан в своей приверженности социализму и единству Советской державы, откровенно предал
лево-патриотические силы, стремившиеся их отстоять. Именно тогда был сделан роковой шаг к разрушению первого в мире государства рабочих и крестьян, общества социальной справедливости. Его создание и достижения стали вершиной нашей тысячелетней истории. А его развал привёл к падению отечественной экономики, разгрому промышленности и науки, деградации медицины и образования, ликвидации социальных гарантий, которым не было равных в мире. По сей день мы пожинаем горькие плоды этой катастрофы, отнявшей у народа выдающиеся социалистические завоевания, которыми гордились наши предки. И которые они отстояли ценой десятков миллионов жизней на полях Гражданской и Великой Отечественной.
С подачи первого и последнего президента СССР, оказавшегося на стороне его разрушителей, реализовывалась не политика сторонников Союза, за которую высказался народ, а противозаконный план Ельцина и его камарильи. До августа 91-го они частично оставались за кулисами этого процесса. Но окончательно взяли его в свои руки после того, как вместе с Горбачёвым обвинили в попытке государственного переворота ГКЧП — группу советских руководителей, которые как раз и стремились остановить беззаконие и пресечь готовившийся переворот. И чем более очевидными оказывались потери, понесённые страной из-за того, что план антисоветчиков реализовался, тем больше становилось тех, кто признавал историческую правоту искренних защитников социализма и Советской державы».
А.И. Селезнев:
— Утром 19 августа 1991 года, как обычно, куряне собирались идти на заводы и фабрики, трудиться на своих рабочих местах.
Я встал по привычке в 6 часов утра, готовился к выходу на работу. Включил телевизор, услышал сообщение о создании государственного комитета по чрезвычайному положению в стране.
В это же время по радио, а затем и по Центральному телевидению было зачитано Обращение ГКЧП к советскому народу.
Ю.П. Валинеев:
— 18 августа вечером мы с первым секретарем горкома партии Николаем Петровичем Нестеровым выехали в Москву, чтобы лететь самолетом в Литву. У нас была командировка с целью изучения работы партийных организаций в условиях активного противостояния.
Рано утром 19 августа мы поехали в ЦК КПСС на Старую площадь. Было еще рано. Погуляли по Красной площади. Все было тихо, мирно. Люди шли на работу.
19 августа вместе с работниками Центрального Комитета КПСС вошли в здание к своему куратору. По радио озвучивали «10 тезисов ГКЧП». Мы поняли, что в стране что-то происходит. Я связался с 1-м секретарем обкома А.И. Селезневым, спросил у него, что нам делать. Он приказал лететь назад, в Курск.
В коридорах ЦК КПСС люди собирались группами, обсуждали ситуацию. В это время шло заседание секретариата ЦК. Было принято решение не вмешиваться, воздержаться. Это решение, наверное, было правильным, хотя не спасло от указа Ельцина о запрете деятельности Компартии.
Я прошелся по Москве, в переходах повсюду были «блошиные» рынки. Послушал разговоры, которые практически повсюду были одни и те же: надоел бардак, пусть приходят, наводят порядок, продуктов стало мало, везде очереди…
На Манежной площади была толпа народа. Троллейбусом сюда перегородили выход. Из боковой улочки вдруг выскочил танк, а за ним еще несколько – всего 8-10.
Народ был в шоке. А на столбах уже были расклеены листовки-воззвания «К гражданам России», осуждающие ГКЧП и призывающие не подчиняться этой власти.
На площади собралось человек 100. Люди возбужденно кричали. А вдоль Александровского сада выстроилась длинная колонна бронетранспортёров, ее возглавляла «рогатая» машина (позже я узнал, что она предназначена для рытья траншей, окопов). Ее, видимо, для устрашения поставили среди бронетранспортеров.
Я поехал к Дому правительства. Здесь собралось несколько больше народа – человек 200-300. Они таскали из клумб бетонные бордюры, строили какие-то баррикады. Ничего в итоге так и не построили. Попытались цепью стать вокруг «Белого дома», взявшись за руки, но людей не хватало.
Еще я видел, как в здание Дома правительства прошел генерал Лебедь…
Вот, собственно, и все впечатления, которые остались по сей день.
А.И. Селезнёв:
— Обстановка в стране была чрезвычайно напряженной. Всем нам надо было подумать о том, что случилось. И, главное, дать оценку всему происходящему, суметь объяснить нашим товарищам.
По радиосвязи мы стали проводить совещание (тогда при комитете по гражданской обороне имелась такая возможность). На связи были руководители районов и городов Курской области, и они, конечно, ждали, что же скажет областное руководство.
Моей целью было грамотное информирование населения, постановка конкретных задач перед руководителями, разъяснение отношения обкома КПСС к созданию ГК ЧП. Надо сказать: мы владели ситуацией довольно четко и дали исчерпывающие ответы на поступившие вопросы.
Я заявил, что в связи с созданием ГК ЧП в области ни администрацией, ни партийными органами не будут предприняты никакие дополнительные меры, кроме укрепления дисциплины. Главное – это упорный труд, добросовестное отношение и, конечно, готовность к любому исходу событий.
Соответствующим службам были отдельно даны распоряжения об обеспечении безопасных условий деятельности важнейших объектов, в частности, атомной станции.
Вот так мы подготовились к работе в условиях ГК ЧП.
В.И. Мусияченко:
— Положение было сложным. Газета являлась органом обкома КПСС и я, как руководитель, придерживался партийной линии, направленной, кстати, не на раскол, а на сохранение единства.
А.И. Селезнёв:
— Конечно, в связи со сложившейся ситуацией мы в обкоме распределили обязанности и пошли на предприятия, в трудовые коллективы, чтобы выяснить настроение людей, причины их обеспокоенности.
Я побывал на имевшихся тогда в области оборонных предприятиях, потому что там были наиболее подготовленные кадры рабочих.
Куряне выражали свою обеспокоенность нестабильным положением дел в стране. Мало кто связывал эти события с созданием ГК ЧП. Все хотели устойчивой, твердой ситуации в работе, опасались развала страны. В трудовых коллективах нас просили сделать все возможное, чтобы сохранить целостность страны, а главное — социалистический строй.
В.И. Мусияченко:
— Основная задача газетчиков заключалась и заключается в информировании людей. И эту задачу мы выполняли в любых условиях. Интернета тогда не было, телетайп был отключен, никаких сводок новостей от телеграфного агентства Советского Союза не поступало. Что людям сообщать? Молчать, будто ничего не произошло? Нас не поймут. Посовещавшись, мы решили воспользоваться радио. Дежурный редактор отдела информации Тамара Анатольевна Грива на диктофон записывала все, что передавали по радио, расшифровывала, и вот это мы и опубликовали. В целом же газета как работала, так и продолжала работать. Освещали события из жизни области. Для нас чрезвычайного ничего не было… Прошло селекторное совещание, на котором я присутствовал. Мы напечатали об этом сообщение. Потом, правда, давали уточнение: кто и что на этом совещании говорил, потому что стали было отказываться от своих слов.
Но в итоге после «путча» завели дело по 58 статье – измена Родине. Следователь на допросе спрашивал, почему мы не напечатали обращение Бориса Ельцина? Я ответил, что его у меня не было. «Как же не было, ведь вам его должен был передать помощник депутата Верховного Совета?..» — упрекали меня. Стали задавать вопросы. Получили ответ, что Мусияченко, как убежденный коммунист, все равно бы ничего от Ельцина не напечатал, поэтому, мол, и не передали.
А.И. Селезнёв:
— Да, кое у кого возникло желание поспособствовать разгулу, нападкам на областную партийную организацию. 21, 22 августа были предприняты неординарные меры – запретили парторганизации на производстве, без суда и следствия забрали партийную собственность – здания, сооружения, которые впоследствии были закрыты и переданы в собственность….
Все это мы предполагали. Но не думали, что будет все в таком масштабе.
В отношении меня было заведено уголовное дело. 41 пункт обвинений в государственной измене.
Мало того, 19 августа напротив здания почтамта был митинг, в котором принимали участие человек 50. Митингующие приняли решение о том, чтобы государственный флаг РСФСР поменять на триколор. Я сказал: никаких новых флагов. Как был флаг Российской Федерации на здании Дома Советов, так и останется.
Тогда мы были в трудном положении, так как не до конца поняли, что Генеральный секретарь ЦК КПСС, глава государства М.С. Горбачев предал страну и партию. Позже мне стало известно, что ГКЧП – это творение Яковлева и тех людей, в чьих руках была верховная власть. В тот момент мы плохо себе представляли, что это предательство.
Н.Н. Иванов:
— Я обращаюсь к работе Г.А. Зюганова «Тридцать лет предательства, горькие уроки и горизонты возрождения», где впервые дана политическая оценка Горбачеву как предателю Родины: «…Любой, кто заглянет сегодня в стенограммы выступлений Горбачёва по важнейшим вопросам внутренней и внешней политики, убедится в том, что обилие слов сочетается в них с абсолютной невнятностью мысли. С умением ничего не сказать по сути. Это и есть та единственная способность, в чём генсек, а затем и президент не знал себе равных. Но всякое пустословие — это симптом интеллектуальной беспомощности, самовлюблённости, лукавства и двуличия. И когда такой человек оказывается во главе крупнейшего государства, беды национального и даже мирового масштаба становятся неизбежными.
Эти качества и предопределили политический путь Горбачёва, завершившийся предательством и позором. Благодаря им он рассматривал любое обновление не как ответственный и выверенный шаг, а лишь как способ покрасоваться перед публикой. Действовал так же сумбурно и непоследовательно, как и мыслил. Не мог и не желал опереться на команду серьёзных управленцев, потому что они превосходили его морально и интеллектуально, и он всячески старался от них избавиться, приближая к себе самых лживых, ограниченных и циничных. Был падок на лесть — и она оказалась тем крючком, на который его успешно поймали как либералы-антисоветчики внутри страны, так и «западные партнёры».
Этот политический оборотень не только распахнул двери перед транснациональным капиталом и доморощенным криминальным бизнесом, ринувшимися захватывать и разрушать советскую экономику. Не только предавал вчерашних товарищей и попустительствовал разгулу антикоммунистических сил в Восточной Европе, а затем и в советской Прибалтике, Грузии, Армении, Молдавии. Он начал уничтожать и военно-стратегическое имущество страны, подписывая договоры, которые ставили Советский Союз в неравные условия по отношению к США и их союзникам. Горбачёв закрывал глаза и на то, какими опасными потерями оборачивается для нас «торжественное» завершение «холодной войны», которую Запад не думал заканчивать и продолжает до сих пор.
Горбачёв — типичный представитель породы посредственных карьеристов и приспособленцев, которых умение льстить, маскироваться и изворачиваться, к несчастью, иногда выносит на очень большие высоты. Оказавшись на вершине власти, он стал не лидером, достойным великой страны со славной историей, а предводителем группировки таких же циничных и беспринципных приспособленцев, ради карьеры долгое время выдававших себя за коммунистов. И наплевавших на страну и партию, едва появился тот, кто смог возглавить их предательский марш.
Как бы ни был мелок и ничтожен по своим качествам сам Горбачёв, его случай в который раз показывает, насколько велика роль личности в истории. Порой она становится решающей. Ленин и Сталин подтвердили этот закон своими выдающимися свершениями, оставив в наследство потомкам могучую и процветающую Державу-победительницу! Горбачёв и Ельцин подтвердили тот же закон невиданным политическим и моральным предательством, оставив нам в наследство грабительский капитализм, экономику, разорённую иностранным и доморощенным капиталом, «реформы», растоптавшие социальные права граждан, и сохраняющуюся по сей день уязвимость перед внешним противником».
А.И. Селезнёв:
— Вообще, предательство было задумано в 60-х годах прошлого столетия. Но ведь не осуществилось!
А 19-23 августа 1991 года у всех нас, конечно, еще не было возможности оценить масштабы предстоящего бедствия, понять, что это конец не партии, а стране, государству, настоящей свободе, что жизнь наша сильно изменится…
Что мы в итоге получили? Развал Советского Союза. Кому это было выгодно? Понятно, что не народу, а прежде всего капиталистам, которые за счет этого продлили свое безбедное существование.
Но в это трудное, особенное время руководители области, районов и городов, в особенности первые секретари райкомов КПСС, председатели райисполкомов вели себя предельно собранно, ответственно и достойно и делали все то, что было положено в создавшейся ситуации.
И сегодня, через 30 лет, я с уважением преклоняюсь перед теми, кто невольно стал участником тех событий, и с глубокой памятью – перед теми, кого уже больше нет. Я счастлив, что мне удалось создать такой коллектив и работать вместе с этими людьми!
Ю.П. Валинеев:
— Я помню бесконечное «Лебединое озеро» по телевизору. Я практически сразу почувствовал, что власти нет. Это было тревожно. Я смотрел на своих двоих детей и понимал, что может быть всякое.
В отношении меня также возникло уголовное дело по статье «Измена Родине». Меня и Б.Д. Беспарточного вызвали на допрос в УВД области. Меня — как человека, который вел протокол заседания бюро обкома КПСС в поддержку ГКЧП, Бориса Дмитриевича — как заведующего сектором печати обкома партии, который 19 августа вез протокол для публикации в «Курской правде». Но так получилось, что не довез.
Меня продержали 2 дня, требовали подтвердить факты, изложенные в доносе одним из бывших работников обкома партии, дали подписать протокол допроса.
Этим все закончилось.
Прошло какое-то время после провала ГКЧП. Деятельность Компартии была запрещена. Нам пришлось уничтожать все сколько-нибудь важные документы, потому что мы не знали, кто придет к руководству страной и областью, кто будет их проверять и делать выводы. Я «почистил» у себя в кабинете, прошел в другие отделы и просил уничтожить все лишнее.
В.И. Мусияченко:
— Создание ГКЧП – это все-таки была попытка спасения Союза. Для спасения надо было принимать меры и спасать… Я считаю, что ситуация была создана в немалой степени искусственно. Да, нужно было начинать развитие кооперативов, индивидуального производства, но в строгих рамках закона. Не надо было бояться этих основ капитализма, и тогда бы мы пошли нормальным, спокойным путем реформ и развития. Не буду оригинален, но все же кивну в сторону Китая… А мы начали с дикого капитализма.
Н.Н. Иванов:
— В результате представители пятой колонны использовали ГК ЧП как провокацию, детонатор для разрушения СССР. «Путч» дезорганизовал, парализовал и дискредитировал все патриотические силы, которые могли бы выступить в защиту Союза. Вся консервативная, патриотическая общественность была очернена, выставлена в качестве врагов свободы и демократии. В общественном сознании тогда стали полностью доминировать либерально-демократические, националистические, прозападные силы и движения.
Развал СССР и отказ от социализма оказался выгоден лишь транснациональному капиталу, тесно связанному с ним западному политическому истеблишменту и их циничным прихлебателям внутри нашей страны. Об этом годы спустя честно сказал всемирно известный американский экономист, лауреат Нобелевской премии Джозеф Стиглиц: «Опустошение, в смысле потерь внутреннего брутто-продукта, превзошло те потери, которые Россия имела во Второй мировой войне… К настоящему же времени в России создана система капитализма для избранных, мафиозный капитализм… По уровню социального неравенства сегодняшняя Россия сравнима с самыми худшими в мире латиноамериканскими обществами, унаследовавшими полуфеодальную систему».
Таков окончательный результат «реформ», затеянных «командой» Горбачёва — Ельцина, опиравшейся на теневой класс перерожденцев-антисоветчиков и русофобов и на ту часть общества, которая наивно поверила в их лживые мифы.
Но мы уверены, что люди все-таки сумеют оценить то, что произошло, и встанут на путь построения общества социальной справедливости.
Н. СЕЙМОВА.

Ваш отзыв

Ваш e-mail никогда не будет опубликован.

Вы можете использовать следующие теги:<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Top